Ежедневный журнал о Латвии Freecity.lv
Сколько волка не корми, всех лосей заповедника на него не спишешь.
Николай Гоголь, писатель
Latviannews
English version

«Я чувствую страдания других людей и знаю, что могу им помочь»

Поделиться:
Недавно Юлия получила диплом инструктора нейрографики (специальный метод в психологии, который позволяет легче достучаться до бессознательного).
Если бы меня попросили охарактеризовать Юлию Силову одним словом, то я бы сказала, что она позитивная. Это не только самое яркое впечатление, которое остается от общения с ней, но и ее профессиональное кредо, ведь героиня нашего очерка не просто психолог, психотерапевт, а приверженец позитивной психологии. До понимания своего назначения Юлия проделала долгий путь и работу над собой не прекращает ни на минуту. Прежде, чем чему-то учить других, надо начать с себя, считает она.

Своя кухня


Мама нашей героини — известный в Риге ресторатор Татьяна Силова, поэтому при встрече с Юлией трудно было удержаться от вопроса: хорошо, когда у родителей свой ресторан? Приезжаешь к ним в гости, а мама тебя первым делом ведет в ресторан: «Выбирай, доченька, из меню все, что хочешь!»

«Ну, во-первых, я сама отработала в «Славянском» четыре года исполнительным директором, поэтому какого-то чуда в этом не видела. Бизнес семейный, и дочь моя выросла, можно сказать, на ресторанной кухне, все работники с ней нянчились. Так что чаще я сама так говорила, когда ко мне кто-то приезжал, например, муж, работавший за границей: «Выбирай, что хочешь!» Это было очень удобно, никогда не стояло проблем, где будем праздновать и что накрывать на стол. Сейчас мне этого не хватает».

Юлия вспоминает свои любимые блюда из меню «Славянского»: скоблянка (нарезка из всего, чем-то похожая на крестьянский завтрак, только без яиц), разгуляй (запеченная свиная вырезка, подавалась на сковородочке), классика жанра: холодец, язычок, сало.

«Я люблю классическую русскую кухню, — признается она. — Сейчас предпочитаю готовить сама, и обычно мы едим дома. Произошла некая профессиональная деформация. После того, как я поработала в ресторане столько лет, я знаю эту кухню изнутри, и каждый раз, когда мы все-таки выбираемся куда-то поужинать, я вижу, из каких продуктов приготовлено блюдо, в каком количестве они взяты, какова его себестоимость и истинная цена».

Семья уже 11 лет живет в Великобритании, в Северной Ирландии, и Юлия не в восторге от местных ресторанов. «Изысков нет, все классическое: бургеры, сэндвичи в пабах, картошка фри, — объясняет она. — Я люблю домашнюю еду, все свежеприготовленное, максимум день позволяю еде простоять в холодильнике. Готовлю много, люблю супы, да и мама регулярно подбрасывает новые рецепты, так как она все время в теме».

Что же касается легендарных ирландских напитков, то Юлия признается, что равнодушна к знаменитому на весь мир пиву «гиннесс», зато давно полюбила ирландское виски. «Наверно, папа меня к нему приучил», — добавляет она, смеясь.








Первая самостоятельная работа на круизном лайнере.
С любимым папой Юрием Силовым перед отъездом в Ирландию.
С мужем Каспаром и дочерью Паулой.
С красавицей мамой -- известным рижским ресторатором Татьяной Силовой.
Получение британского гражданства.

 Воздух Ирландии


Семья Юлии в Ирландии — это она, муж Каспар, дочка Паула и молодой человек дочки. Сначала Каспар уехал работать в Ирландию, а жена с маленькой дочкой только приезжали к нему в гости. Юлия вспоминает, что когда впервые сошла по трапу самолета и вдохнула ирландский воздух, то сразу поняла, что это именно то место, где она хочет остаться. Переезд не был простым, не сразу адаптировалась в ирландской начальной школе Паула. Хотя встретили их в учебном заведении, по словам Юлии, прекрасно.

«Было ощущение, будто нас тут ждали всю жизнь! Столько внимания и заботы, такой доброжелательности я нигде не встречала, — вспоминает она. — Особенно разительно это было на фоне 40-й школы, в которой дочка училась в Риге и в которую, образно говоря, без меча было не войти».

Паула окончила ирландскую среднюю школу, успешно поступила в вуз на отделение технологий и дизайна. Но на втором курсе грянул ковид, и как все в тот год, девушка училась удаленно. Так почему бы ей не пожить с бабушкой в Риге, решили в семье. Бабушка была безмерно счастлива, она души во внучке не чает, у них полное взаимопонимание.

Однако дело молодое, у Паулы в Риге появился любимый человек, и девушка оказалась перед выбором, в какой стране ей дальше жить. Эту ситуацию по-мудрому разрешила Юлия, которая забрала дочь назад, в Ирландию, вместе с ее молодым человеком. Пока все вчетвером живут в большой арендованной квартире в деревне недалеко от моря, в сорока минутах езды на поезде от Белфаста, но Юлия не скрывает, что им с мужем уже хочется пожить вдвоем. Они и в молодости сразу отпочковались от родителей, жили отдельно.

Правда, с родителями тоже все непросто. Когда был жив отец, известный ресторатор и спортсмен, призер Олимпийских игр, Юрий Силов, Юлия звала их с мамой в Ирландию. И Татьяна в одном из интервью рассказывала, как они мечтали с мужем, что будут гулять по набережной Ирландского моря, взявшись за руки. Но внезапная смерть Юрия оборвала эти мечты, и теперь ей одной тяжело покидать Ригу, где друзья, любимый Рижский русский театр и воспоминания.

Юлия переживает за маму, но обе понимают, что в Ирландии Татьяна большей частью останется наедине с собой, ведь постоянно находиться рядом дочь не сможет. Сейчас, по телефону, они общаются ежедневно, разве что тактильных ощущений не хватает. Постоянно летают друг к другу в гости. Мысли и переживания в отношении мамы в Юлиной голове постепенно воплощаются в новые рабочие идеи и проекты. Например, один из вебинаров, который она собирается организовать, так и будет называться: «Дочки-матери». Взрослые дочки и взрослые матери. И их непростые взаимоотношения.

Подданная королевы


Что же касается Ирландии, то если исключить кухню, все остальное вызывает у Юлии бурный восторг: «У меня такое ощущение, как будто мы живем на курорте, и я все время в отпуске! Это море и вечная зелень, цветы круглый год, зацветающие в ноябре примулы, высоченные, как огромные деревья, рододендроны.

Среднегодовая температура в Ирландии 8 градусов, и никогда не бывает снега. А лето теплое, до +20, мне очень нравится, я не люблю жару. Правда, вода в море не сильно прогревается, максимум до 16–17 градусов, но вполне латвийская водичка, так что мы уже осмелели и вслед за ирландцами, которые организуют целые купальные сообщества, тоже недавно начали купаться. Ирландцы плещутся в море круглый год, и зимой, когда вода +9. Мы тоже собираемся последовать их примеру.

Но главное — это люди. Вы не представляете, насколько они доброжелательные и улыбчивые. На улице могут просто так остановиться и начать разговаривать с незнакомым человеком, здесь это считается вполне нормальным. И ко мне часто обращаются, когда я гуляю с собакой».

Спрашиваю Юлию как психолога: отчего люди в Ирландии, стране с непростой историей и трудной судьбой, такие добрые, в отличие от нас, злых и неулыбчивых. И климат у них не самый теплый, и цены на жилье заоблачные, да и зарплаты не самые большие, а люди позитивные!

«Думаю, все дело в социальной защищенности, — считает Юлия. — Они спокойны, потому что уверены, что если вдруг что-то случится, например, они потеряют работу, то государство придет им на помощь. Шиковать, конечно, не дадут, но за жилье заплатить и все самое необходимое купить человек сможет. Кстати, цены здесь примерно такие же, как в Латвии. Но люди чувствуют свою значимость, важность своего голоса и не боятся говорить о своих потребностях.

Я люблю Великобританию, обожаю английский язык, учу его с семи лет, свободно на нем говорю, люблю англоговорящих людей, чувствую себя здесь как дома, взяла британское гражданство и горжусь, что я подданная королевы», — заключает наша героиня.

Семейный совет без права голоса


Но Ирландия, обеспечившая Юлии душевный покой, не первая страна после Латвии, в которой она пробовала жить. Сначала была Америка.

После школы Юлия хотела пойти учиться на психолога, но на семейном совете решили, что этим на жизнь не заработаешь. Было решено, что дочка поступит в Институт военных переводчиков в Москве. Права голоса на семейном совете у девочки не было, она была послушной дочерью. И начала усиленно готовиться к экзаменам. Распад СССР отменил все планы.

В результате Юлия, почти отличница, примерная дочь, комсомолка, поступила на иняз Латвийского университета.
«Но иняз я не закончила, — рассказывает наша героиня, — ушла с последнего курса. Если что-то не нравится, оно рано или поздно проявится. Ну, и жизнь так сложилась. В 1991 году, после первого курса, мне повезло поехать по международной молодежной программе на все лето работать в детский лагерь в США.

Это был культурный шок. Я до сих пор помню, как мы целой группой ходили по Нью-Йорку. А потом нас распределили по лагерям, и я оказалась единственной иностранкой из Советского Союза, меня показывали как некое чудо. Там я жила в разных американских семьях, которые чуть ли не дрались за меня. И я изнутри узнала американскую жизнь, это было очень интересно.

Их реальная жизнь очень похожа на то, что мы видим в кино. Я жила в семьях разного достатка. Одна семья вообще была воплощением «американской мечты»: двое деток, мальчик и девочка, мама с папой, хорошо зарабатывающие, громадный дом. Меня поразили размеры их домов, в Америке любят все большое: дома, машины. Каждое утро они говорят друг другу: Hi, love!, I love you.

Помню, меня привезли в супермаркет, я увидела куклу Барби, стояла и 15 минут на нее смотрела широко открытыми глазами. Мне казалось, что красивее просто ничего не может быть. Из еды они готовят дома ростбифы, бургеры, сэндвичи, хот-доги, барбекю — очень похоже на то, что показывают в фильмах. В 90-е годы про ЗОЖ вообще никто не слышал и не говорил, никто по паркам по утрам не бегал.

В то лето случился августовский путч, и, наверно, я могла бы попросить политического убежища, но тогда мне, юной девочке, подобные мысли просто не могли прийти в голову. Однако это была не последняя моя встреча с Америкой».

Гудбай, Америка


Юлия вернулась из США в Ригу, проучилась еще год на инязе. К этому времени она отлично овладела английским, но ее американский акцент почему-то сильно раздражал преподавателей. После второго курса, с легкой маминой руки, которая в то время занималась туризмом, Юлии предложили поехать учиться на крупье, а потом поработать в казино в Турции. Требовалось только знание английского. Она взяла академический отпуск и уехала на год.

В 19 лет стройная высокая блондинка оказалась в Истамбуле. «Было сложно, — признается Юлия. — В первый раз так надолго и далеко от дома, в стране, где женщине в принципе не очень легко. Все мы были там «наташами». Мы жили и работали вдвоем с подружкой. Хотя, конечно, жили весело, мы ж молодые были, зарабатывали неплохо по тем временам».

Работе в казино Юлия отдала десять лет жизни. Вернувшись в Латвию, она устроилась крупье в «Форум» (Старая Рига, в помещении бывшего легендарного кафе «Аллегро»). Но там девушке не понравилось, и она вернулась на учебу в университет. А потом ей снова предложили работу в казино, на этот раз на круизных кораблях в Америке.

«Из Хельсинки выходил новый, только что построенный корабль Carnival Cruise Line, на котором мы отправились в двухнедельное путешествие до Майами, — вспоминает Юлия. — На борту только работники казино, пассажиров не было, и вот мы там две недели тусили. Мой первый контракт — 11 месяцев. Мама даже ко мне приезжала в гости на две недели. После окончания контракта я вернулась в Латвию, но вскоре заключила второй контракт, после которого осталась на полгода жить в Майами».

Юлия работала супервайзером в казино на кораблях, которые выходят в нейтральные воды, втроем с коллегами снимали на берегу трехкомнатную квартиру. Но потом она заскучала по дому и вернулась в Латвию, к родителям.

Карты, деньги, три ствола


В Риге Юлии сразу предложили работу пит-боссом в казино «Адмирал». Вскоре она уже занимала должность главного менеджера в казино в Старой Риге.

«Времена непростые были, разные клиенты, разные ситуации и стрессы, и с бандитами приходилось сталкиваться, — вспоминает наша героиня. — Много чего было, но именно там я познакомилась со своим мужем (я — его начальница, мне 23 года, ему — 20). В какой-то момент мне пришла в голову идея: а не уехать ли нам снова вместе на круизные корабли? Меня, кстати, и сейчас временами тянет, — может, опять поехать поработать? Но это, скорее всего, просто тяга к той, веселой, беззаботной жизни».

Юлия с Каспаром проработали на кораблях пять лет, до 2000 года, когда ее родители открыли в Риге свой первый ресторан. Бизнес был семейный, нужна была помощь, а Юлия со своим бесценным опытом менеджера стала хорошим руководителем. Каспар вернулся в Ригу чуть позже, и в 2001 году они поженились. Муж и сейчас работает менеджером в игорном бизнесе, связанном с игровыми автоматами, так как казино в Северной Ирландии запрещены.

К открытию родителями ресторана Юлия отнеслась спокойно. «Я в принципе уравновешенный человек, как папа, — признается она. — Вообще я очень многое взяла от папы, и спортом также занималась, с 7 до 14 лет профессионально играла в теннис. Для меня работа — это работа: надо — делаем. Но иметь свой ресторан — это, конечно, классно, как мы уже выяснили (смеется), всегда можно вкусно поесть».

Вы всегда были послушной дочерью и никогда не шли против воли родителей?

"Да, я была послушной до того момента, пока не ушла в психотерапию и не родила собственную дочь. Когда в 2001 году я стала мамой, у меня появились свои представления, как нужно воспитывать ребенка. И они не всегда соответствовали представлениям моей бабушки, которая «рулила» в семье, и мамы. Хотя я с 20 лет жила отдельно от родителей. Но я была единственная на круизе девочка, которая каждую неделю звонила домой родителям. И это при том, что мобильных телефонов тогда не было. А когда родилась Паула, я поняла, что хочу воспитывать ее по-своему. К тому же рождение дочери вернуло меня к психологии.

Чтобы начать жить заново, нужно переродиться"

Юлия считает, что ее философскому представлению о мире способствовала бабушка, учительница русского языка, познакомившая ее с сокровищами русской литературы. Сама девушка перечитала тонны книг по психологии, интерес к которой у нее никогда не угасал.

«Меня вырастили свободомыслящей, мы могли до трех часов ночи сидеть с бабушкой на кухне, рассуждая о Достоевском, Ницше и Ошо, пока дедушка не заходил и не разгонял нас по постелям, — рассказывает Юлия. — Желание понять, в чем смысл жизни, у меня было с детства. Ошо мне был близок с юности. Мне нравилась его мысль: для того, чтобы начать жить заново, нужно сначала умереть, то есть переродиться. Мама очень часто говорила, что «если бы я тебя не родила, то думала бы, что ты не моя дочь». Как оказалось потом, мама и сама хотела после школы учиться на психолога. Но родители не позволили ей для этого уехать в Ленинград».

Однажды Юлия поехала в психотерапевтическую группу в Литву, что и стало моментом перерождения. «Я не знала, зачем я туда еду, но точно знала, что этого хочу, — вспоминает она. — Ни мама, ни бабушка не могли понять, зачем мне это нужно». Она замечает, что психология у нас в обществе до сих пор не пользуется популярностью, а поход к психологу воспринимается как что-то подозрительное: «Ты что, сумасшедшая что ли, зачем тебе психолог?»

«Когда я начала учиться, бабушка и мама уже более спокойно на это реагировали, но они не могли понять, зачем так усложнять свою жизнь, имея на руках трехлетнюю дочь? Все же есть: вот ребенок, вот муж, вот ресторан, для чего себя так «загонять?» — вспоминает наша собеседница.

А нагрузка была нешуточная, потому что в 33 года Юлия начала параллельно учиться сразу в двух вузах: в Литве на психотерапевта, а в Латвии получала академическое образование. И впервые муж взял на себя полное обеспечение семьи, что тоже было достаточно непривычно для активной Юлии, которая всегда была главой семейства. Зачем ей было все это нужно?

Огонь знания


«Человек приходит в этот мир не просто так, — считает Юлия. — У каждого из нас есть определенные цели и задачи. Я верю в то, что мы живем не одну жизнь, даже знаю об этом. Когда я в первый раз попала в психотерапевтическую группу, то была в восторге, я испытывала такие эмоции, которые никогда в жизни не испытывала, хотя в казино, поверьте, было очень много разных эмоций.

Возможно, причина как раз кроется в том, что десять лет я проработала в казино и увидела темную сторону человеческой души, ведь люди там показывают себя не с самой лучшей стороны. И когда я пришла в психотерапию, то поняла, как можно людям помочь. Помочь иначе видеть этот мир, менять свою жизнь.

Видимо, я обладаю сильной эмпатией, я чувствую страдания других людей, и знаю, как можно улучшить их состояние. Помочь не в том смысле, чтобы рассказать, как им жить, а именно, как Прометей, дать людям огонь. Делайте с ним, что хотите, но я вам его дам, дам понимание того, что жизнь прекрасна, какой бы она сложной ни была, что бы в ней с вами не происходило. Но это вы несете ответственность за эту жизнь, это ваш выбор, и вы можете ее изменить!»

Говорят, сапожник без сапог… Я знаю психологов, которые не могут справиться с собственными проблемами, есть ли у них право разбираться с чужими? Вы используете свои знания в личной жизни, в общении с родителями, мужем, дочерью, окружающими?

Классный вопрос! Знаю эту поговорку, и я очень строга к психологам и психотерапевтам, мое кредо: «Сначала работай с собой, потом с другими». Я, не останавливаясь, работаю над собой с 33 лет, нон-стоп совершенствую себя, все, что я делаю, я сначала применяю на себе, и только потом предлагаю либо не предлагаю своим клиентам.

Я работаю в экзистенциальном ключе. Это очень глубокий, философский подход к жизни. Мы с мужем и дочерью много об этом говорим, разные техники, которые я использую с клиентами, я использую и с дочерью, то есть это часть моей жизни, и в этом смысле я «с сапогами».

Если вдруг я чувствую, что какой-то сапог начинает натирать, я сразу с этим что-то делаю. У меня есть свой собственный психотерапевт, есть супервизорская группа поддержки, поэтому я так строга к коллегам, не люблю, когда за счет клиента лечится психолог, а такое бывает, к сожалению».

У Юлии несколько дипломов. Во-первых, она экзистенциальный психотерапевт. Также она бакалавр практической психологии (латвийский диплом от Высшей школы психологии) и магистр практической психологии (ирландский диплом). Недавно она получила диплом инструктора нейрографики (это сравнительно новый метод, который позволяет через специальный метод рисования легче достучаться до бессознательного).


Не кастрируйте мужчин


Со своим партнером Юлия пытается открыть школу. До войны в Украине у них был план развития, теперь же все под вопросом. «Если сравнивать европейцев и россиян, то тяга к духовному развитию у россиян сильнее, — рассказывает Юлия. — Здесь, в Великобритании, люди меньше хотят развиваться духовно, но они стремятся решать свои каждодневные проблемы, поэтому я работаю и с англоговорящими (ирландцы, англичане, американцы) клиентами, и с русскоговорящими эмигрантами.

У меня в планах выйти на большую аудиторию, вести вебинары. Приватная практика — это прекрасно, можно многое дать человеку в ситуации один на один. Но в неделю я могу взять максимум 15 клиентов, потому что глубоко погружаюсь в проблемы человека. Но я хотела бы расширить аудиторию за счет вебинаров, где меньше личного взаимодействия, но все равно происходит контакт».

Юлия уже продумала темы для вебинаров: отношения в паре между мужчиной и женщиной (занятия уже идут), деньги-долги, как распрощаться с долгами, отношения люди-деньги, в разработке тема здоровья, дочки-матери, «папины дочки».

В работе она больше ориентируется на женщин, которые, по ее мнению, лучше откликаются энергетически. «Мужчина — завоеватель, добытчик, он меньше ориентируется на свое внутреннее и реже обращается за психологической помощью, может, поэтому и раньше умирает, — рассуждает Юлия. — В то же время задача женщины — создавать уют в семье, женщина психологически больше ориентирована. Она и мужчине помогает, и свои собственные проблемы решает, и с детьми взаимодействует. Поэтому потребность в психологических знаниях у женщины намного выше.

Я не феминистка, не считаю, что женщины наравне с мужчинами должны заниматься одним и тем же. Женщина равнозначна мужчине во всех отношениях, просто задачи у нее другие. В партнерских отношениях женщина выполняет свою функцию, а мужчина — свою. Пытаясь играть мужские роли, мы своих мужчин, выражаясь языком Фрейда, кастрируем, не даем им стать завоевателями социума.

В нашей семье все считают меня главой, хотя я очень стараюсь быть шеей. Но я очень сильная духом, и это определенным образом проявляется».

Мы прощаемся с Юлией, хотя еще много вопросов требуют ответа. Ведь психология — самая загадочная и спорная наука. Можно только порадоваться за ее клиентов, которые не только получат конкретную помощь, но и смогут ощутить на себе ту позитивную энергию, которую излучает эта сильная женщина.

Татьяна Мажан, Открытый город

18-06-2022
Поделиться:
Комментарии
Прежде чем оставить комментарий прочтите правила поведения на нашем сайте. Спасибо.
Комментировать
Журнал
№05(149) Август 2022
Читайте в новом номере журнала «Открытый город»
  • Олег Буров: "Без помощи государства жители не справятся с ростом тарифов"
  • Солнечные панели -- ставить сейчас или подождать?
  • Когда президент равняется на Феллини
  • Ирина Яцкив : "Мы обучаем не толпу, а личности"
  • Юрий Шевчук: "Из нас делают пушечное мясо и нелюдей"